03 февраля 2016

Фотограф Юрий Шибнев: Леопарда я просто не мог упустить

Один из старейших научных сотрудников заповедника «Кедровая Падь», фотограф-анималист, автор уникальных снимков дальневосточного леопарда в природе Юрий Шибнев рассказал о своей первой встрече с пятнистым хищником и о том, как доставались снимки самой редкой кошки мира в эпоху плёночных фотоаппаратов.

Вопрос: Здравствуйте, Юрий Борисович! Сегодня мы бы хотели поговорить с вами о вашей фотокарьере и о том, как вы снимали дальневосточного леопарда в заповеднике «Кедровая Падь». Вы неоднократно видели этого зверя в природе. Какой он — дальневосточный леопард, на ваш взгляд?

Ю.Шибнев: На мой взгляд, это очень интересное животное, очень интересная кошка. Когда я его в первый раз увидел, была великолепная картина… Это было в ноябре 1978 года, по-моему. Увидев леопарда в природе, на заснеженном склоне сопки, я очень обрадовался и после этого решил во что бы то ни стало сфотографировать его.

А встреча это была такая. Я шёл учитывать зверей по следам после снегопада и напал на волок: леопард волок добычу. Я назад прошёл по его следам, посмотрел, как он охотился. Он добыл косулю. Он по берегу речки прошёл, а косуля лежала на лёжке. Он метров на пять подошёл, потом в коротких прыжках настиг её и… Они долго там боролись, снег был изрыт весь.

Вопрос: Это всё можно было определить по характеру следов?

Ю.Шибнев: По следу, да. И я решил всё-таки пройтись по следам, куда они ушли, куда отволокла самка косулю. Я узнал, что это самка, по небольшим следочкам. У самца следы гораздо крупнее. Я пошёл по этим следам, потом поднял глаза вверх, смотрю — леопардёнок. Стоит одинокая большая пихта среди дубняка, и леопардёнок сидит и смотрит на меня. Ласковым он таким показался. Я в бинокль посмотрел на него: очень красивый пушистенький котёнок. Я очень сожалел, что не захватил с собой фоторужья.

Вопрос: То есть эта встреча у вас произошла ещё без камеры?

Ю.Шибнев: Да, камеру я с собой не взял, потому что мороз был. Мы с минуту, наверное, смотрели друг на друга. Потом леопардёнок раз — развернулся и за бугром исчез. Я быстро выскочил на бугор, смотрю: по заснеженному склону красиво, очень симпатично идёт самка леопарда, за ней один детёныш, а сбоку вот этот, второй детёныш к ней торопился. Но она даже не посмотрела на меня, спокойно так шла с леопардятами, пока не зашла за склон.

Вот тогда я захотел во что бы то ни стало сфотографировать леопарда, потому что он показался мне очень и очень красивым. Я орнитолог, занимаюсь изучением птиц, но леопарда я просто не мог упустить. Птиц я тоже много фотографировал. А леопарда пробовал просто сфотографировать с подхода, но никогда не получалось это.

Вопрос: А как в первый раз сняли? Как получилось?

Ю.Шибнев: Дело было в марте. Выпал снежок. Я отправился на поиски леопарда и дошёл уже до горы Челбан. Под низом смотрю — котята, два маленьких, метрах в ста от меня на снегу. Сидят, смотрят. Я быстро побежал, думал, они убегать будут, а они раз — на деревья залезли оба. И я давай фотографировать, а сам оглядываюсь по сторонам — нет ли где леопардихи, не нападёт ли на меня. Я наснимал вдоволь, а сам по сторонам всё время посматривал: где самка, где самка?.. А потом решил снять крупным планом портрет леопардёнка. Только полез на дерево, и тут леопардёнок с дерева плюх в снег и бежать. Я тоже с дерева плюхнулся — и за ним. Он раз — и под берег залез. Там какая-то нора была, и он там исчез. Тут я вернулся скорее ко второму леопардёнку, доснимал его. Потом и этот, второй леопардёнок тоже плюхнулся на снег и помчался. Я за ним — догоняю, чтобы сфотографировать близко, как бежит, но он разворачивается на меня, хотя маленький, клыки оскалил и утробно так, как взрослый леопард, зарычал на меня, потом развернулся и опять дёру. Я за ним. Думал загнать на дерево, чтобы ещё поснимать в разных вариантах, но он перескочил речку. Залом был леса, завал, он раз туда — и под завалом исчез. Я подбегаю, он разворачивается на меня, оскалился, зарычал. Залез в залом, и больше я его не видел.

А потом я посмотрел — самка ушла сразу в сопку и, видимо, с сопки наблюдала за мной, как я там обращаюсь с её детёнышами.

Вопрос: Но не нападала, не подходила? То есть позволяла вам снимать?

Ю.Шибнев: Нет. Ушла сразу и бросила котят на произвол судьбы. Но это везде так в природе. Потому что если самка погибнет от человека, то она уже не даст потомства, а если погибнут детёныши, то она через год принесёт новое потомство. То есть она как продолжатель рода.

Вопрос: Расскажите, как вы снимали в техническом отношении? Ведь даже сейчас сложно снять леопарда.

Ю.Шибнев: Когда я снимал леопардёнка, у нас была только чёрно-белая плёнка. Потом, лет, наверное, через восемь-десять, появилась немецкая фотоплёнка. Она оказалось плохой. Kodak тоже оказалась плохой. Самая лучшая — японская плёнка Velvia. Но это всё было дорого, и каждый кадр приходилось беречь. Цифровиками снимать — можно тысячи кадров снимать без проблем. Когда снимал леопардов, пытался по следам подойти или по воронам: когда добудет леопард косулю или оленя, слетаются вороны и показывают место добычи.

Один раз шёл просто по речке. Вижу: над склоном сопки куча ворон летает, каркают, садятся на деревья. Я решил, что там наверняка леопард и, может быть, добыча ещё осталась. Прямо нельзя вверх идти, потому что он увидит и уйдёт. Я пошёл по речке вверх, обошёл, забрался туда, где вороны кричали. Но вороны уже улетели, и я пошёл немного по хребту к тому месту, где они кричали. Подошёл к большому валуну, смотрю: два котёнка на склоне играются на камнях, бегают, друг друга покусывают. Думаю: «А где же мамаша? Может, она ко мне подбирается?» Потом смотрю за котятами, голову поднимаю — самка. Как перископ, по сторонам так посмотрела, но меня не увидела. Я не шевелился, она приняла меня за валун, наверное. Я полюбовался котятами, и назад. Были уже сумерки, я ушёл.

Тоже был без аппарата, потому что морозная зима была, а плёнка замерзает в аппарате, ломается. Поэтому не удалось и там поснимать.

Вопрос: Расскажите, пожалуйста, про съёмку на приваду. Это вы придумали?

Ю.Шибнев: Да. Однажды мне сказали ребята, что поездом сбило двух собак. Я думаю: «Дай-ка попробую — леопард примет или нет?» Отнёс я собаку под скалу, где обычно были леопарды, и оставил там. А через два дня сходил, проверил: оказывается, леопард её вытащил к дереву лежачему и половину съел. После этого я решил, что можно леопарда снимать у привады.

Вопрос: Можете рассказать про съёмку с помощью настораживаемого фотоаппарата?

Ю.Шибнев: Таким аппаратом я фотографировал леопардов. Я сам придумал сделать из него фотокапкан. Вот такую скрепку делал. Здесь настораживание, здесь взводился курок и укреплялась эта вилка, от вилки шла леска на тропу. И вот леопард задевал леску, и этот аппарат срабатывал.

Вопрос: Леопард сам задевал и сам, грубо говоря, режиссировал, когда его снять, а не вы управляли камерой?

Ю.Шибнев: Я только наводил на экспозицию, на резкость и с помощью штатива вверчивал в дерево, ставил сюда фотоаппарат, и он сам фотографировал. То есть леопард сам себя снимал. Я ставил его на тропах, под скалами, где леопарды отдыхают. Везде, где они ходят.

Вопрос: То есть, по сути, это как сейчас фотоловушка?

Ю.Шибнев: Да, это одно и то же, только названия разные. Но сейчас — пожалуйста, можно купить эти фотоловушки. Штук тридцать у меня аппаратов таких было, по всему лесу они стояли.

Конечно, и медведи снимались, и олени, и косули. Все, кто ходит по тропам.

Вопрос: А не ломали леопарды эти устройства?

Ю.Шибнев: Тигр ломал и медведь.

Вопрос: Просто разбивали?

Ю.Шибнев: Медведь сбивал со штатива, вырывал с корнями, бил аппарат, тот падал на землю. И один раз даже открытый был. Причём интересно, что плёнка засветилась не вся, а только часть. И был один кадр с медведем, один кадр с леопардом.

И тигр у меня сбивал. Он шёл по тропе, аппарат щёлкнул, он раз — в прыжке к аппарату, бац его рукой, сбил на снег, переломал крепление. А сам лёг и лежал возле него, смотрел, что за ружьё такое непонятное. Почему щёлкает, а не стреляет?

Вопрос: А сейчас вы чем занимаетесь? Ещё снимаете?

Ю.Шибнев: Сейчас я уже староват стал, далеко не хожу. В основном занимаюсь съёмкой бабочек, на диких цветах. Ночных бабочек снимаем здесь — на берёзе у меня лампа висит. На ночь врубаю — много бабочек прилетает — и фотографирую. Пейзажи продолжаю снимать. Уже самое интересное выбираю — с красивым солнцем, закаты.

Вопрос: Здесь по-прежнему снимаете? В «Кедровой Пади»?

Ю.Шибнев: Да.

Реплика: Спасибо вам большое, Юрий Борисович, что пригласили нас, рассказали, как снимали дальневосточного леопарда.

Ю.Шибнев: Я рад, что вы приехали. Надеюсь, что я внёс лепту в дело охраны леопарда.